Концертный зал «Могилёв»: история вопроса

А ведь под сценой открывшегося концертного зала «Могилёв» в своё время начиналась филармония, как это было, узнавал gorad.by.

Ныне здание напротив драмтеатра, где располагается открывшийся концертный зал «Могилёв», — это Областной методический центр народного творчества и культурно-просветительской работы. В этом же помещении располагается и областная филармония.

Реконструкция концертного зала «Могилёв», которая началась два года назад, в 2011 году завершилась. Фактическое открытие зала состоится 21 марта, когда в рамках фестиваля «Март-контакт» там пройдёт постановка Вильнюсского театра.

Как отметил начальник управления культуры облисполкома Анатолий Синковец, «необходимость в создании классической концертной площадки назрела уже давно. Ведь для эстрадных выступлений в Могилёве достаточно мест, а этот зал станет уникальным», пишет сайт горисполкома.

Что повидали стены зала за свою историю

О том, что было в здании, где сегодня располагается концертный зал «Могилёв», gorad.by поинтересовался у ведущего редактора Могилёвской областной филармонии Людмилы Мацкелло:

ведущий редактор Могилёвской областной филармонии Людмилы Мацкелло

ведущий редактор Могилёвской областной филармонии Людмилы Мацкелло

— Это здание строилось как статичное казённое здание. Это был дом идеологической работы. Здесь были кабинеты бюрократического характера. Всё выхолощено, статично, по-партийному — в духе того времени. Конференц-зал был без акустики и акустических наворотов. Зал был предназначен для собраний разного уровня.

Когда уже поменялись времена в 1996 году, здание было отдано под Могилёвскую областную филармонию. И тут сделали небольшую перепланировку: немного окультурили здание, придали ему более эстетичный внешний вид. Зал был филармоническим. Во главе стоял Владимир Браиловский…

Потом здесь выделили помещение для Областного научно-методического центра, который до сих пор благополучно находится в этом здании. Теперь хозяин помещения он. В то время хозяева помещения были  мы (филармония – прим. gorad.by), а они арендовали у нас помещения, но теперь всё наоборот: они являются хозяевами, а мы арендуем у них помещение, в том числе концертный зал, который здесь будет работать.

 

Как начиналась филармония

О том, как здание Дома политпросвещения стало центром искусства и как в Могилёве появилась филармония, рассказал gorad.by её первый руководитель Владимир Браиловский:

Владимир Браиловский

Владимир Браиловский

Область без филармонии…

— Мы последняя область, где не было филармонии. Во всех областях к тому времени они были. А управление культуры на тот период отписывалось, что в Могилёве нет возможности открыть филармонию. Нет кадров, нет помещений и вообще не нужно, потому что и так всё классно: все пляшут, поют и вообще всё хорошо. Зачем ещё какая-то филармония? Ещё в конце 80-х годов, когда был обком партии, когда была сама партия, первым секретарём обкома партии был Василий Леонов. Он меня пригласил (я был тогда руководителем областного отделения музыкального общества БССР) — и наши беседы окончились тем, что он говорит: «А не хотите ли Вы открыть филармонию?..». Собрал Леонов всех причастных к культуре и сказал: «Открываем филармонию, директором будет Браиловский. Кто-нибудь против?» Никто против не был. Вот в таких условиях возникла филармония.

 

Официальное открытие, или Серьёзное 1 апреля 90-го

— Естественно, появился приказ о том, что открыта филармония, — и она была открыта в конце марта. Официальная деятельность её началась 1 апреля. С тех пор в этот день филармония отмечает свой день рождения. Смех смехом, а мне вручили 1 апреля приказ о том, что филармония открыта и я назначаюсь её директором. Больше не было ничего: ни помещения, ни денег, ни штата, ни артистов, – ничего…

 

Как здание «идеологического назначения» стало площадкой искусства

— Через полгода после этого — это 90-ый год — «партия приказала долго жить», Василий Леонов уехал в Минск, а партийное имущество стали растаскивать: кто что мог. Но я успел попросить, чтобы нам дали место. Много ходили по всяким углам — а это было время, когда пошла коммерция, кооперативы — а тут я со своей филармонией непонятно откуда. Леонов позвонил и сказал: «Вот придёт Браиловский — дайте ему помещение».

Таким образом, у нас появилось помещение под сценой в здании Дома политпросвещения. Без окон, без дверей. И для того, чтобы что-то начать, был создан первый коллектив — группа Шабалина. Шабалин — бывший директор ГДК. Он был организатором первых шоу-групп. Нам помогли приобрести аппаратуру.

После появились статьи: «Проходимец…», «Филармония – это высокое исскуство, а он каких-то голых девок в филармонию», «Аморальство»… Это про шоу-балет. «В филармонии надо играть Баха, на скрипке или на органе. А вот когда девки в трусах – это плохо, это не филармония». Но парадокс в том, что я — выпускник Московской консерватории, композитор и всю жизнь занимаюсь академической классической музыкой — мне эти упрёки были непонятны. Но жизнь заставила делать то, что реально можно было сделать тогда. Таким образом, у нас появился первый прецедент, опять же в филармонии, не академического жанра.

 

После распада союза, или Становление филармонии

— Публика не заметила, что открылась филармония и что, когда кончился Советский Союз, не стало гастрольных планов, как раньше. Разрушилась гастрольная советская система. Мы взяли инициативу на себя. У нас появилась ниша, которую мы быстро и результативно заполнили. В те времена Могилёвская филармония была самая известная гастрольная концертная организация по всей республике.

Мы много кого приглашали. Мы провели первый рок-фестиваль, первый фестиваль бардовской песни, первые концерты православных коллективов. В 1992 году был первый Международный фестиваль, который назывался «Беларусь собирает друзей», где мы собрали сильный коллектив. Мы это сделали в Могилёве. Мы и в Минск привозили театры музыкальной комедии, телевидение снимало — всё прошло по ОРТ. Это была первая фестивальная проба…

 

Вечная борьба за помещение

— Что касается здания, за него боролось очень много разных сил. Вокруг этого здания — центр города всё-таки — был всё время круговорот…

И вот началась другая история: закрыли театр на ремонт — и работники театра устроили возле облисполкома демонстрацию. Вышли с транспарантами «Долой халтуру филармоническую!» «Да здравствует настоящее искусство!» «Отдать здание театру!» — что и сделали – отдали здание театру, оставив возможность размещаться там филармонии. Таким образом, мы разместились там, на 3-4-х этажах частично.

 

Успехи. Проблемы: жанра и материальные

— Когда мы начали концертную деятельность – это было шумное дело. Самым серьёзным было создание собственных творческих коллективов. Мы создали студию по подготовке молодых артистов: классического направления и эстрадного. Мы поддерживали Подольскую и так далее.

И была задача — создать филармонический коллектив. Проблема в том была, что в Могилёве, все, кто умел играть на каких-то инструментах, они все преподавали. И преподавание на полторы-две ставки плюс халтуры – это давало в пять крат больше, чем филармония могла предложить. А в филармонии надо заниматься, недосыпать. А зачем? Ради чего? Когда можно в трёх халтурках поиграть и получить 3 зарплаты, полторы ставки и плюс частное обучение. Поэтому проблема собрать хороших артистов была всегда.

Что-то у нас получилось, а единственное, что удалось реально, — это уговорить покойного Иванова из студенческого оркестра постепенно сделать профессиональный… Ну и в 95-ом году проект «Золотой шлягер» — тоже заслуга филармонии — и все это знают.

 

Филармония сегодня и в будущем: пожелания и мечты…

— Беда нынешней филармонии, наверное, в том, что нет музыкантов. Это самый главный парадокс. У руководства её нет музыкантов. И музыкантов не потому, что они не умеют играть, а музыкантов в хорошем смысле слова, то есть тех, для которых музыка была бы главным делом их жизни. А в этих условиях в филармонии может работать любой человек. Администратору необязательно быть музыкантом, можно быть хорошим администратором и помогать музыкантам. А ведь филармония – это музыкальное учреждения, а не прокатное. Хотя прокат — вещь тоже нужная. Через филармонию проводится энное количество концертов, и успешных концертов, но это не основная её политика.

Есть во многих структурах такая проблема: кто должен быть главным? Директор или художественный руководитель? Я думаю, что это должен быть человек творческий, у которого сверхзадача творческая. И вся административная машина должна крутиться в этом направлении. Где удаётся это сделать — там успех.

Когда что-то такое есть и уровень этого высок, остальным есть к чему стремиться. Я мечтал, чтобы филармония стала именно таким ориентиром.